Пропустите талант, талант не пропустите!

Художник-керамист Валерий Кузнецов Живопись
Как часто жизнь людей зависит от случая. В одно мгновение может поменяться все. Лишь одно слово человека, попавшегося на пути, может определить судьбу, как определил один сельский учитель, посоветовавший маме мальчика, который был совсем не силен в точных науках, отставал в оценках от класса, просто не беспокоиться.

Этот мальчик был замечен опытным и мудрым взглядом педагога. Парнишка из простой крестьянской семьи рисовал. Он изображал все, подмечал детали и переносил на бумагу, вызывая всеобщий восторг. Это никто не мог остановить, как и не могли не признать — он особенный. И он скажет своё слово в искусстве. 

Сейчас он — Валерий Кузнецов — художник-керамист, заслуженный работник культуры и искусств Новосибирской области, член-корреспондент Петровской академии наук и искусств, член союза художников России. Но все по-порядку…

Валерий Кузнецов
Валерий Кузнецов

Керамические изделия несут тепло. Пройдя многоступенчатый сложный этап изготовления, они впитали многовековую информацию места, где была взята глина, тепло рук мастера, его энергетику. Мастер не просто лепит, он общается с материалом, вдохновляется. Фантазия керамиста, находит воплощение в гибкой субстанции, а потом, чтобы замереть в статике навсегда, обжигается огнем. Еще одна сложность изготовления — это непредсказуемость результата. После обжига возможны изменения — как-то не так повела себя глазурь, лак. Это всегда некий сюрприз, а разность между задуманным и получившимся зависит от мастерства автора. Чем больше опыт, тем меньше возникающих изменений. 

Об этом и о многом другом я поговорила с Валерием Кузнецовым, нашим талантливейшим земляком.

 — Валерий Владимирович, сейчас проходит очередная юбилейная выставка Ваших работ в Художественном музее под названием «Эпизод#65». Вы также провели творческую встречу со зрителями. На мой взгляд, беседа с публикой получилась интересной, она дополнила восприятие Вашего творчества, усилила его. Знакомство с автором создает дополнительный контекст, вносит пояснения, наконец, личное обаяние мастера рождает дополнительный интерес к работам. 

 — Да, это так. В советское время встречаться с публикой было не то, что принято, даже обязательным. Сейчас это помаленьку возрождается. Я всегда с удовольствием рассказываю. Особенно люблю отвечать на вопросы, даже самые неожиданные. Интересно выкручиваться, это наталкивает на размышления в будущем. 

 — Если мы отмотаем пленку жизни назад, чтобы понять, как получилось, что Валера Кузнецов начал рисовать. Кто первым заметил неординарные способности? У мальчиков такое увлечение не столь популярно. А как же футбол, дворовые игры?

 — Все это было. Я не был похож на мальчонку со скрипкой, который сидел дома и занимался сутками. Рисовать я начал рано, когда все дети рисуют в определенный возрастной период. Моя младшая сестра тоже рисовала. И показывала явные способности к этому. У нее получалось намного лучше меня. Но потом она к этому занятию охладела, а я нет. К тому же я всегда любил что-то сделать руками, ту же рогатку или что-то смастерить во дворе. На уроках рисования, если Валеру Кузнецова вызывали к учителю с альбомом, остальные ребята срывались с мест, чтобы посмотреть, что я там нарисовал. 

 — А родители поддерживали стремление к рисованию?

 — Мои папа и мама были из простой крестьянской семьи. Никто из них не рисовал. От искусства были далеки. Мама, будучи портнихой, имела хорошо развитую мелкую моторику. Наверное, эта способность передалась и мне. Учился я далеко не блестяще, особенно в точных науках не мог понять ничего. Как-то мама поговорила с моим классным руководителем. Та сказала: «Ваш мальчик отличается от всех остальных, он особенный. Не нужно его мучить точными науками, он чистый гуманитарий. Возможно, математика так серьёзно в жизни ему не пригодится, а вот в рисовании он может очень хорошо проявить себя».

 — Выходит, если бы та самая учительница не поддержала Вас в нужный момент, не заметила таких способностей, то и не узнали бы мы сейчас Валерия Кузнецова. Ведь могли и сломать морально, часто учителя придерживаются уравниловки среди учеников по успеваемости во всех школьных предметах. 

 — Да, к сожалению, в нашей системе образования не было раздельного обучения детей по их предрасположенностям к точным или гуманитарным дисциплинам. И, хотя родители меня в общем поддерживали, но определенную закомплексованность это развило во мне. Хотя было и стремление что-то доказать другим через свои способности. Когда я позже учился в училище (Педагогическое училище №2, отделение худ-графическое), то я довольно быстро стал заметно-успешным учеником. Мне удалось проявить себя.

 — А потом и знаменитая «Муха» (прим.  — бывшее высшее художественно-промышленное училище им. В. И. Мухиной, ныне Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия им. А. Л. Штиглица)..

  — После училище мне порекомендовали поступать в Ленинград, как он раньше назывался,  в Мухинское училище. Живописью я занимался много, фанатично, тогда еще керамики не было в моей жизни. Даже 2 года в армии не охладили мой пыл. Когда не поступил с первого раза в Ленинград, остался в городе и пошёл на подготовительные курсы. В это время я посетил много выставок, музеев. На одной из экспозиций познакомился с работами замечательного керамиста  — Михаила Копылкова. Я помню, как меня поразило то, что он делал. Особенно одно творение под названием «Пост Мортум». Оно представляло собой распиленный гроб, стоящий на тёмном фоне, через доски которого и в месте распила проросли цветы. Все это было вспучено, сделано потрясающе. Я стоял, как вкопанный! И столько в этом было мысли. Это было утверждение жизни, хотя и не ясно, что она за собой таила…. Я понял, насколько керамика дает творческую свободу. Дело в том, что то, что возможно в этом виде искусства, нельзя сделать ни в живописи, ни в скульптуре. И я решил поступать на факультет керамики. 

 — Действительно, крутой поворот. И получив такое потрясающее образование, Вы вернулись в Новосибирск. 

Я успел поработать на фабрике в Ленинградской области. 

Молодой специалист по распределению?

Да, занимался внедрением новых образцов керамических изделий. Был, конечно, «мальчиком для битья», потому что комиссия, как правило, на таких производствах с трудом принимала новаторства художников. То, что предлагал я, технологически сложно осуществимо. Это была общая ситуация на всех предприятиях, как я позже понял. Вечный спор между производством и разработчиком модели или дизайна. 

Вы копили опыт, нарабатывали мастерство. В таких рутинных условиях. 

Я никогда не считал рутиной то, что я делаю. Наоборот, никогда не страдал от сложностей, они подстегивали меня, будили желание преодолеть препятствие и решить сложную творческую задачу. Я абсолютно счастливый в этом смысле человек, мне всегда нравилось то, что я делаю. Был случай, что студентка задала вопрос про то, что заниматься изготовлением керамических изделий вредно для здоровья. Я ответил, что вреднее на автобусной остановке постоять 20 минут. Исключить вредность нельзя из нашей жизни. И для тех, кто боится запачкать руки, лучше этим не заниматься вообще. Я не работаю в перчатках, мне важно чувствовать материал. Я разговариваю с ним.

Вы учили детей в школе искусств, а также в художественном институте на художественно-графическом факультете. Нравилось преподавать?

Это было увлекательно. Я придумывал каждый урок новую тему, чтобы обязательно ученики что-то сделали. Потом накопилось огромное количество работ учеников. Никогда не ругал, а наоборот, через поощрение, поддержку, спокойно советовал, где что-то еще можно подправить. Творческие люди чрезвычайно чувствительны. Это я по себе знаю. Очень легко обидеть, отбить желание этим заниматься, посеять неуверенность в себе. А важно как раз создать творческую атмосферу на уроке. Поэтому я старался будить мысль, фантазию. К сожалению, я очень уставал. Это большая моральная отдача. 

Верите ли вы в предназначение человека, что он должен заниматься тем, к чему у него есть способности? Нужно ли ломать его желание, если путь, какой он выбрал, не принесет, возможно, ему каких-то материальных благ или будет очень сложным?

Да, я верю, что предназначение существует. Мне, наверное, повезло, так как за мой период преподавания попадались талантливые дети. У ребенка нет страха перед полетом фантазии, нет рамок. Среди моих учеников, пожалуй, я могу выделить некоторых, судьба которых меня очень интересует в будущем. Кстати, была девочка, которая обладала талантами многочисленными. Она блистательно училась, сочиняла какие-то литературные произведения, прекрасно танцевала и училась керамической лепке у меня. Ее выбрали для участия в «Дельфийских играх». С золотой медалью она вернулась домой. Этот ребенок действительно отличался от всех. Была старше, мудрее своих сверстников. Я сказал ее родителям о неординарных способностях их дочери. Если говорить обо мне, то я уверен, что должен был стать художником, поскольку изначально был рожден им. Много раз раздумывая, кем бы я мог быть волею судеб, каждый раз приходил к мысли, что вряд ли кем-то другим. 

Ваша мастерская, в которой очень упорядочено, чисто, уютно, всё располагает к полету фантазии. В углу отлеживается каолин — ждет с нетерпением, во что же такое прекрасное его превратят. И печь для обжига имеется. 

Я ее сделал сам. Полный цикл изготовления моего изделия проходит здесь. Расписываю тоже. Мастерскую я получил после вступления в союз художников. Мне предлагали несколько вариантов, но лучше всего подошел этот, в Нижней Ельцовке. Устройством занимался я сам, помогал мне сын. 

Поговорим о ваших персонажах, жанрах в творчестве. На выставке представлены пласты, тарелки, объемные работы. Фантастические портреты с невероятно живыми глазами, абстрактная графика, к которой вы обратились, на несколько лет отодвинув керамику на второй план. Чайники..

Чайник должен сделать любой керамист. Этот предмет несет сакральный смысл. У меня они не имеют прикладной характер, чисто декоративный. Я играл с формой, постоянно набрасывал эскизы. Но вдруг понял, а что если меня запомнят только как «Валеру Кузнецова, делающего чайники»? Ярлык, невольно навешанный художнику, очень сложно убрать. Поэтому я пробую разное. В портретном жанре работал очень длительный период творчества. На данный момент тему портрета я для себя закрыл. Мне кажется, в этом жанре я сказал все. 

В Вашем творчестве есть серии: «короли», «королевы», «ангелы»…. Почему ангелы? 

Я в основном изображал всяческих дам, королей — таких существ, которые не из нашего мира, даже не с нашей планеты. Эти существа живут в моей голове. А однажды пришло на ум нарисовать ангела. Даже подумал, что раз есть ангелы, то есть и демоны. Но потом отказался от изображения последних. Так как посчитал, что не нужно их материализовывать. Они начнут жить своей жизнью. А моя задача, как художника и человека, через своё искусство дарить свет. Печальных историй в жизни на эту тему достаточно — Врубель, к примеру. Моя техника не имеет ничего общего к иконописи. Но я общался с теми, кто пишет иконы. Одна из таких художниц, глубоко верующая женщина, которая работает по всем каноническим законам, как-то пришла на мою выставку. Она сказала, что мои работы, конечно, не иконы, но эти лики несут свет через средства выразительности, которыми я пользуюсь. А это не так-то просто. И рассказала случай из своей жизни, как она пыталась написать икону Богородицы. Раз 5 она бралась это сделать, но никак не получалось. Что только она не пробовала, молилась, постилась. Но не выходит. И ей пришлось пройти определённое испытание в жизни, после которого она села и написала. И лик получился. Ведь, что такое икона и как ее нужно изображать: она должна светиться, не иметь никакой карикатурности, выглядеть определенным образом, не отражать неправильных эмоций, не иметь слащавости или грозности. Этого всего добиться очень и очень сложно.

Работы Валерия Кузнецова
Работы Валерия Кузнецова

Врубель ведь потрясающе изобразил «Демона-сидящего». Необыкновенной красоты, что невозможно оторвать глаз. С совершенным телом, идеальными чертами лица. Он эталон для мужчин и мечта для женщин. А кто такие тогда ангелы? Чем пленяют они?

Демон — да, он был самым прекрасным и самым приближенным, но возгордился. А у ангелов свои методы. В канонических книгах они изображены без ушных раковин. С лентами, вроде антенн. Считается, что они слышат не слова, а именно мысли людей. И я чувствую, что под защитой. Хотя все это осознать совершенно невозможно, сколько бы раз я не брался на эту тему размышлять. 

Когда работа над определенным творением закончена, вы довольны результатом? 

У меня было иногда чувство полного удовлетворения после завершения. Я даже был горд, Валера Кузнецов создал совершенство! Но через очень короткий период времени я понимал, что здесь можно было бы и получше изобразить, а здесь вообще что попало, мог бы и постараться. Вообще, если меня спросить, что мне не удалось в работах на моей выставке, например, то это был бы длинный рассказ. 

То есть стремление к совершенству — главный двигатель в вашем творчестве. Но при этом совершенство — является убегающим горизонтом. А идете ли вы за зрительским интересом?

Никогда. Мало того, считаю, что художник, который не идет на поводу у публики, тому же самому зрителю и интересен. Как только ты подумал о том, что хотят от тебя увидеть, то ничего не получится создать.  

В творческой встрече вы упомянули то, что в вашей  творческой жизни опять зреют перемены. Много, чего уже сделано. Грандиозное количество выставок, коллекций фантастических миров, даже один известный магазин в городе имеет потрясающую трехтопочную печь, украшенную изразцами вашей работы. Уже была графика, потом возврат к керамике, литературные опыты. 

Да, сейчас у меня период разгона. В голове множество идей, они дозревают. Скоро это выльется в новый вид творчества. Хотя задумок столько, что в одной жизни это не осуществить. 

Талантливый человек не может не созидать. Это абсолютная потребность. Мало того, беседуя с одаренными людьми, они в один голос говорят, что в период простоя, они начинают болеть физически, психически, уходят в депрессию. 

Да, это так. Еще художник — это тончайшая психическая организация. Абсолютно тонкокожие люди, обидчивые и ранимые. Даже косвенно, можно причинить им серьезную душевную рану. 

Я беседовала с Валерием, и наблюдала, как именно он говорит. Часто мастер рассуждает, как два человека в одном. Как будто это постоянный диалог с самим собой. Каждый шаг он сверяет со своим внутренним миром, а потом принимает решение, если мысль находит отклик в душе. Работая в потрясающей творческой дисциплине, будучи очень системным, он использует это, чтобы созидать постоянно и много. Таков путь таланта. 

Оглянитесь. Пропустите талант, талант не пропустите!

Оксана Гайгерова
Оксана Гайгерова
Оцените автора
( Пока оценок нет )
СultVitamin
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.