Мал оркестр, но изысканно важен

Культ.Личности
Мал оркестр, но изысканно важен
Алим Шахмаметьев главный дирижёр, художественный руководитель Филармонического камерного оркестра Новосибирской филармонии

Оркестру уже к тридцати. За это время он объездил практически всю Европу, участвовал в различных конкурсах и фестивалях, неоднократно исполнял музыку на самых престижных площадках страны, включая знаменитые залы Московской и Петербургской филармоний, Мариинский театр, Петербургскую консерваторию и другие.
По сути, это единственный постоянно действующий коллектив, который систематически исполняет как музыку эпохи барокко, так и экспериментальные работы современных композиторов. Практически нет сегодня такого композитора, чьи работы не исполнил бы Камерный оркестр — и нередко это первое, премьерное исполнение. Недавний пример — премьера работы Гии Канчели в Большом зале имени А. Каца в юбилей автора, ставшая одним из последних прижизненных исполнений работ недавно ушедшего от нас композитора.
Для филармонического камерного оркестра ведущие современные композиторы аранжируют многие известные произведения, которые звучат нередко даже лучше, чем привычные оригинальные версии. Всё это возможно благодаря отличной выучке, прекрасной исполнительской манере и высокой культуре звука наших скрипачей, на что указывали многие известные музыканты и критики: концертмейстер оркестра заслуженная артистка России Юлия Рубина своей игрой может украсить концерт любой сложности и любого уровня.
Совершенно несправедливо и нелепо пытаться помещать оркестр в тени большого Академического симфонического оркестра, хотя и у одного, и у другого есть постоянные слушатели, полностью проданные абонементы. Можно с уверенностью сказать, что Филармонический камерный оркестр за счёт своего формата существенным образом обогащает музыкальный ландшафт нашего города и реализует те проекты, которые в силу разных причин не может реализовать Академический симфонический оркестр. Без концертов Камерного оркестра уже трудно представить музыкальную жизнь города и области.

Алим, вы родились в Ленинграде, выпускник Санкт-Петербургской консерватории. Как получилось, что вы мистически связаны с Новосибирской филармонией ещё со студенческой скамьи?

АЛИМ ШАХМАМЕТЬЕВ: Если вы имеете в виду моего педагога Илью Александровича Мусина, патриарха отечественной дирижёрской школы, воспитавшего огромную плеяду выдающихся дирижёров, в числе которых — Ю. Темирканов, В. Гергиев, В. Синайский, Т. Сохиев и, конечно же, легендарный Арнольд Михайлович Кац, то разумеется! Как и многие ведущие дирижёры, мы из одного гнезда.

Помимо Мусина, на вас оказали самое благотворное влияние ещё как минимум два выдающихся музыканта…

Да. Мне посчастливилось учиться у Фёдора Михайловича Козлова, легендарного хормейстера, более 40 лет руководившего прославленным Хором мальчиков при Ленинградской капелле — те самые «Ленинградские соловушки». Выдающийся композитор Борис Иванович Тищенко, фигура планетарного масштаба, захватил меня в число своих «спутников». В его композиторском классе я никогда не учился, но мы были связаны крепкой дружбой, я многое унаследовал от него. И мог бы больше, будь я тогда умнее и трудолюбивее.

Одну из своих симфоний Тищенко посвятил вам, это правда?

Верно. Последняя, Восьмая симфония композитора — очень интересное сочинение. Она посвящена мне, и я горжусь этим: ведь Восьмая симфония Тищенко является продолжением знаменитой «Неоконченной симфонии» Ф. Шуберта!

Борис Тищенко, девять лет назад ушедший от нас, исполняется незаслуженно мало. Как и Вайнберг, работы которого вы недавно исполняли.

Нынешний год — год Вайнберга. Правильно, что вспомнили этого большого композитора. А Тищенко — ну да, сегодня его музыка звучит не так часто, как хотелось бы. Однако и я, и многие мои коллеги стараемся исправлять эту досадную ошибку.

Ваш оркестр создал концертмейстер симфонического оркестра театра оперы и балета Марк Абрамов, но тогда это был проект из студентов консерватории, да и у Марка вскоре случились серьёзные домашние проблемы, и он был вынужден уехать на долгий срок к родителям в Ростов, передав оркестр другому концертмейстеру — академического оркестра Новосибирской областной филармонии — Михаилу Туричу. Он его и привёл в филармонию, вскоре у коллектива появилась управляющая Алёна Болквадзе, которая по сей день является двигателем оркестра.

Марк Евгеньевич Абрамов и Михаил Исаакович Турич — замечательные скрипачи. Многие традиции оркестра, а именно принципы ансамблевого музицирования, штриховая культура, были заложены и взращены Туричем. При нём оркестр достиг высочайшего технического уровня игры. Потом был Александр Иванович Полищук, он получил образование именно как дирижёр — соответственно, и работал с оркестром прежде всего с позиций не инструменталиста, а дирижёра. В некоторых аспектах, возможно, в ущерб деталям, достигалась целостность. Это ведь вечно соперничающие субстанции: либо мельчайшие детали — либо красота и пропорции целого. И нам только кажется, что можно достичь в этом споре абсолютной гармонии — на самом деле всегда одно подчинено другому. В эпоху Полищука особое внимание уделялось эмоциональной стороне музицирования, в концертном исполнении часто присутствовала импровизационность — а это одно из качеств, определяющих уровень виртуозности коллектива. Весной 2008 года я пришёл в оркестр и вот уже двенадцатый год здесь. Среди всех руководителей оркестра я оказался долгожителем.

В чем особенность вашего оркестрового репертуара, чем он отличается от большого оркестра — это прежде всего большое количество современных авторов?

Самое заметное отличие — наш оркестр исключительно струнный: он состоит из скрипок, альтов, виолончелей и контрабасов. Да, мы иногда приглашаем дополнительных музыкантов для исполнения того или иного сочинения, но всё же большую часть программ работаем исключительно струнным составом. Репертуар подавляющего большинства камерных струнных оркестров основывается на музыке эпохи барокко — этих произведений превеликое множество, жизни не хватит всё исполнить! Мы исполняем музыку практически любой эпохи, в том числе и совершенно новые сочинения, а вот барочная музыка у нас как раз совсем не доминирует в репертуаре — я бы даже сказал, что иногда ощущаю её нехватку. Люблю цитировать одного из моих петербургских профессоров: «Коллектив не живёт, если не исполняет музыку своего времени».

У меня сложились тесные дружеские отношения со многими композиторами — они регулярно пишут для нас. По количеству мировых премьер, и, что важно, по качеству этой новой музыки и уровню её исполнения с нами мало кто может соперничать — и это предмет особой гордости как оркестра в частности, так и Новосибирска в целом. Кроме оригинальных сочинений для струнного оркестра, мы исполняем большое количество различных переложений и аранжировок, причём подчас самых невероятных; не раз уже представляли публике разных стран знаменитую «Рапсодию в стиле блюз» Дж. Гершвина, кстати, написанную изначально для духового оркестра. К качеству аранжировок мы также очень придирчивы — некоторые из них, выполненные для нас талантливыми композиторами, по отзывам публики и критиков не то что не уступают оригинальным версиям, но даже в ряде случаев звучат более убедительно. Мы любим экспериментировать в смежных жанрах — и это не только литературно-музыкальные программы. У нас были и пантомима, и степ-дэнс, различные видеоинсталляции, всевозможные экзотические инструменты — терменвокс, хрустальные стаканы. Мы исполняли и оперу! Вот полноценный балет, пожалуй, пока не доводилось — но какие наши годы, оркестру всего-то 27 лет!

Те, кто бывает регулярно на концертах оркестра, это знают. Однако у вас есть знаковые проекты, прежде всего это «Белый фестиваль», совместные проекты с актером Сергеем Чонишвили.

Да, «Белый фестиваль» — это наша удача. Шесть лет назад Алёна Болквадзе решила сделать маркетинговый ход и провести в летнее время в Камерном зале филармонии концерт, одев музыкантов в белое. Белый дресс-код был объявлен и зрителям. Проведение концерта попало на полный концертный простой: в городе не было никаких филармонических мероприятий. Изголодавшийся по живой музыке народ пришел с радостью. Ажиотаж вокруг концерта разыгрался нешуточный: публика единодушно откликнулась на наш «белый призыв» и с большим интересом отнеслась к особому дресс-коду, это было так трогательно! Дальше — больше: через год мы решили провести два концерта, потом три — так фестиваль обрёл нынешний формат. Мы провели пять фестивалей без финансовой поддержки министерства культуры, фактически на свои средства. Обращу внимание лишь на то, что музыканты нашего коллектива исполняют три концерта подряд — и каждый с совершенно разной программой! Это служит убедительным примером того, насколько интенсивно и качественно мы можем работать. За пять лет «Белый фестиваль» завоевал любовь новосибирцев, и не только потому, что в августе в городе практически отсутствует «музыкальная конкуренция». Фестиваль дарит слушателям музыку разных эпох и жанров, знакомит с новыми именами, а ценовая политика при этом гибкая и демократичная.

Вы правильно отметили, труппы театров уходят в отпуск, и лишь одна организация может проводить концерты, как своими силами, так и совместно с приглашенными исполнителями, — филармония. Большинство горожан остаётся в городе и у них есть желание сходить в концертный зал и послушать музыку. В этом году на проведение фестиваля министерство культуры выделило триста тысяч рублей, чтобы пригласить Александра Князева и приукрасить фестиваль. Вам не кажется, что при небольших затратах можно «Белый фестиваль» сделать ярчайшим летним музыкальным событием и провести его в не в Камерном зале, а в Зале им. Каца, который всё лето простаивает? Надо лишь слегка потратиться на рекламу.

Я готов проводить «Белый фестиваль» и в Государственном концертном зале имени А. Каца — музыкальную часть мы обеспечим. Нужно всё просчитать, серьёзно подойти к вопросу рекламы. Вот, к примеру, концерты с Сергеем Чонишвили мы проводим именно в Большом зале — и там всегда аншлаг. Работу эту будем продолжать. Билеты на наши проекты продаются фактически при отсутствии рекламы. Но, опять же, возвращаясь к «немузыкальным» вопросам: мы могли бы проводить такие литературно-музыкальные программы гораздо чаще, и не только с Сергеем. Вспомните, как нам пришлось ставить дополнительный концерт с легендарным Василием Лановым. А сколько сейчас интересных проектов на стыках жанров! Нельзя забывать и о камерных операх, которые могли бы исполняться на сцене нашего Камерного зала — он для этого вполне приспособлен. У филармонии в плане материальной базы огромные возможности, и это должно эффективно использоваться.

Вообще, складывается впечатление, что, собрав в филармонии полтора десятка коллективов и разделив между ними скудный бюджет, руководство просто опасается определяться с приоритетами и с теми коллективами, которые способны делать «прорывные» программы. В то же время на джазовый фестиваль выделено 8 млн рублей. Этих денег бы хватило на три «Белых фестиваля» самого высокого уровня!

Вопросы финансирования очень важны. У нас оно не увеличивается с 2014 года. Согласитесь, инфляция съедает то, чего раньше было вполне достаточно. Мы можем потратить миллионы на различные проекты — я это говорю с гордостью! Но для того, чтобы более эффективно использовать наш небольшой коллектив, способный при небольших вложениях в несколько раз увеличить количество концертов с новыми программами и интересными солистами, не могут найтись незначительные суммы денег. Вдумайтесь: камерный оркестр — это шестая часть большого, третья часть оркестра русских народных инструментов. Для проведения знаковых концертов нам нужен хотя бы один звездный музыкант раз в два месяца, это незначительные деньги. Но отдача была бы огромна. Нам, конечно, остро не хватает заботы и внимания сверху: заработная плата музыкантов ничтожно мала. Творческой активности нам недостаёт — мы можем и должны играть больше. Но в сегодняшних реалиях это трудно себе представить. Последний губернатор, который встречался со мной по своей инициативе, был В. А. Толоконский — а было это в 2008 году… С тех пор мне обещают организовать встречу с губернатором, вице-губернатором, но дальше обещаний дело пока так и не идёт.

Вы много работаете с различными проектами и коллективами — это судьба всех дирижеров. Кто организует вам эту работу?

Если вы об ангажементах в России, то, скорее всего, имеете в виду моё давнее сотрудничество с Санкт-Петербургским Домом музыки. Вот уже два десятилетия мы дружим с Сергеем Павловичем Ролдугиным. Первые проекты мы запускали ещё в Петербургской консерватории в годы, когда С. П. Ролдугин был ректором — ах, какое это было время! Сергей Ролдугин — замечательный музыкант, человек искромётного юмора, широкой души и безграничного позитива. Я очень благодарен судьбе: дружба и творческая связь с ним меня многому научили в жизни. Санкт-Петербургский Дом музыки — уникальная организация, дающая молодым музыкантам возможность делать первые шаги в самостоятельной концертной жизни, заботящаяся об их становлении и продвижении.

Во многом благодаря Дому музыки удаётся сегодня регулировать поток миграции музыкантов за рубеж; ведь таких царских условий им в Европе никто не предоставит. Проекты «Река талантов», «Музыкальная сборная России», «Музыка звёзд» и другие дают молодёжи возможность гастролировать, выступать с оркестрами, играть на дорогих музыкальных инструментах, участвовать в мастер-классах всемирно известных педагогов. Для того, чтобы попасть в эти программы, от молодого музыканта требуется одно: достойно сыграть на прослушивании. Все дальнейшие трудности и заботы ложатся на плечи команды Дома музыки — а ты знай себе занимайся, осваивай новый репертуар. С лёгкой руки Сергея Павловича я вот уже несколько лет тесно общаюсь с талантливой молодёжью, результаты этого общения периодически появляются в абонементах нашего оркестра — и это действительно замечательные солисты! Но всё-таки нам нужны не только молодые, нам необходимо регулярно выступать с авторитетными мировыми звёздами — это и профессиональный рост оркестра, и особая атмосфера в зале, и, наконец, имидж Новосибирска как музыкальной Мекки. Так было у нас раньше, и это должно вернуться!

У вас с бывшей женой Вероникой Джиоевой дочка. Как нам кажется, у вас хорошие личные взаимоотношения, вы воспитываете дочь вместе?

Адриане уже шесть лет. Да, наши отношения с Вероникой просто не могут быть какими-то негативными, и хоть мы уже достаточно давно не вместе, — Адриана нас связывает, конечно же. Каждый из нас заботится о ней по-своему: Вероника больше с женской стороны, ну а я «строгий отец». Я должен вырастить Адриану образованным, воспитанным, порядочным человеком. Традиционный вопрос: будет ли она музыкантом? Не знаю! Но музыке мы учимся. Я вообще убеждён, что каждый житель Земли обязан знать ноты. У Адрианы, несомненно, есть музыкальные способности, наша задача — не дать им увянуть в детстве.

Скоро Новый год, помечтайте, что бы вы хотели в будущем году.

Главное — мира во всём мире! Раньше, особенно на закате СССР, мы иронично посмеивались над этим лозунгом, а теперь вот всерьёз мечтаем именно об этом. Здесь, в Новосибирске, у меня одна страсть — наш прославленный оркестр, и все мечты связаны только с ним. Не произнесу их вслух — всё и так понятно без слов. Хочу пожелать крепкого здоровья всем новосибирцам и жителям области, нашим музыкантам — успехов во всех творческих начинаниях, нашему руководству — сил и мудрости, всем нам — стойкости и терпения, светлого дня, удачных шагов, счастливых порогов, радости наслаждения высоким искусством Музыки!
Мал оркестр, но изысканно важен

в материале использованы фотографии из личного архива Алима Шахмаметьева#имиджНовосибирска#искусство#культура#музыка#персона#филармония

Александр Савин
Александр Савин
Оцените автора
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
СultVitamin
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.