Вечный полёт к богу

Театр

Талант, профессионализм, красота! Неповторимое сопрано оперной дивы Ирины Новиковой — это сама жизнь, которой, кажется, было определено наполнить творческое пространство от Буэнос-Айреса до Южной Кореи.

Вечный полёт к богу
Ирина Новикова солистка Новосибирского государственного академического театра оперы и балета, лауреат всероссийских и международных конкурсов

В труппе каждого академического театра есть исполнители, которых любят слушатели, а также ценят коллеги — надежные на сто процентов. Это основа труппы. Но особое отношение зрителей заслужили те, кто постоянно удивляют своих поклонников новыми трактовками исполнения известных партий.
Таких артистов часто замечают в очень неожиданных проектах и программах.
От них всегда ждёшь свежего и новаторского. Как правило, это исполнители, не просто обладающие профессиональными навыками, отличной памятью, великолепным актерским даром, а прежде всего те, кто постоянно учится у новых педагогов, развивается дальше.
Вот такая она — Ирина Новикова, с которой мы сегодня беседуем.

LT: Ирина, вы родились в Кургане. Ваша семья была музыкальной?

ИРИНА НОВИКОВА: Пожалуй, нет. Мой дед немного играл на гитаре и пел, но это нельзя было назвать профессиональным музицированием. Я же с детства безумно любила (и продолжаю любить) конный спорт, но мама решила, что лучше мне ходить в музыкальную школу и учиться играть на фортепиано.

Вечный полёт к богу
Ирина Новикова

А как вы начали заниматься пением?

В нашей музыкальной школе был хор. Я, как и другие учащиеся, в нем пела. Как-то в четвертом классе, исполняя «Весенние воды» Рахманинова, я вдруг легко, как мне показалось, совершенно по-взрослому взяла верхние ноты — си-бемоль второй октавы. Наш хормейстер заметила и очень оценила мой вокал, и с тех пор мы стали работать над голосом. Тогда я поняла, что буду певицей, и поступила в Курганский музыкальный колледж на дирижёрско-хоровое отделение. Поначалу более близкой по духу мне казалась эстрада, но однажды педагог по эстрадному вокалу сказала: «Ты свой голос слышишь? Ты — оперная певица!» И хоть оперу петь я совсем не стремилась, судьба распорядилась иначе. Как-то раз в музыкальной гостиной колледжа был телевизионный показ оперы «Травиата» режиссёра Франко Дзефирелли с Терезой Стратас и Пласидо Доминго в главных ролях, и нас, студентов, привели на этот просмотр. И вот в этот самый вечер во мне щелкнул переключатель: словно открылся канал прямого общения с Богом. В один краткий момент я прочувствовала и полюбила оперу, и с тех пор начала исполнять разнохарактерные, разноплановые произведения, слушать много оперной и симфонической музыки. Я буквально влюбилась в этот волшебный мир, и у меня появились сольные концерты, с которых я до сих пор сохранила некоторые афиши. Сейчас я с удивлением смотрю на них и думаю, какой впечатляющий это был репертуар для 17‑летней студентки: ария Иоанны из оперы «Орлеанская дева» Чайковского, арии из «Тоски» Пуччини, «Сельской чести» Масканьи… Встал вопрос ехать в консерваторию и учиться петь дальше — так я решила поступать в Новосибирскую консерваторию.

Там ведь тоже была какая-то интересная история?

Я пришла в консерваторию с кипой нот и прямо в класс заведующей кафедрой сольного пения Зинаиде Захаровне Диденко, педагогу очень серьёзному, требовательному, словом — высокому профессионалу. Она спросила: «Что вы нам споёте?» Я подала ей ноты. Она начала их перебирать и удивилась: «Вы что, поете «Тоску»? Спойте!» Я начала петь и увидела, что поначалу она была удивлена, а потом заулыбалась: «Так, хорошо, а романсы какие?» Я назвала несколько произведений, среди которых было «Примирение» П. И. Чайковского. Это романс в контральтовой тональности, однако я его спела. «Молодец! — сказала Зинаида Захаровна, — нам такие музыканты нужны!» В дальнейшем все шесть лет я проучилась в классе Диденко и осталась у неё даже тогда, когда меня позвала в свою школу Галина Павловна Вишневская.

Как вы встретились с Вишневской?

Главный дирижёр Новосибирского театра оперы и балета тех лет Алексей Анатольевич Людмилин был ассистентом Мстислава Леопольдовича Ростроповича. Они искали исполнительницу на пару партий в международный проект «Леди Макбет Мценского уезда» — я прошла прослушивание, и меня взяли. Это было незабываемое творческое путешествие, в котором мы выступали в Мюнхене, Дижоне, Риме, Буэнос-Айресе. В рамках проекта я познакомились с Галиной Павловной Вишневской. В одну из наших поездок она попросила меня привезти с собой ноты, и мне посчастливилось позаниматься с ней.

Как вы стали солисткой НОВАТа?

Я только перешла на третий курс, как в сентябре мне предложили пройти прослушивание в театр: как раз в это время труппу покинули несколько солистов, и возникла необходимость в сопрано. Меня сразу взяли. Пришлось выучить сразу несколько партий из репертуара театра: Папагена из оперы Моцарта «Волшебная флейта», Бригитта из оперы П. И. Чайковского «Иоланта», Жаконя из одноимённой детской оперы композитора Богданова, Мышка из детской оперы «Терем-теремок» Польского. А дальше уже одну за другой я начала учить партии ведущего сопранового репертуара. За период работы в оперном театре мне посчастливилось работать в таких операх, как «Тоска», «Мадам Баттерфляй», «Богема», «Турандот» Дж. Пуччини, «Отелло», «Аида», «Бал-маскарад» Дж. Верди, «Паяцы», Р. Леонкавалло, «Тангейзер» Р. Вагнера; «Фауст» Ш. Гуно, «Катя Кабанова» Л. Яначека, «Кармен» Ж. Бизе, «Франческа да Римини» С. Рахманинова, «Пиковая дама», «Евгений Онегин», П. И. Чайковского, «Князь Игорь» А. Бородина, «Русалка» А. Даргомыжского — и многих других.

Сегодня вы регулярно выезжаете в Италию — в Венецию и Флоренцию — для участия в мастер-классах.

В 2012 году в оперном театре планировалась постановка «Набукко» Дж. Верди. Маэстро Айнарс Рубикис пригласил для работы с солистами коуча, и вот приехал Паоло де Наполи. Он дал мне очень много полезных технических знаний, а также оставил обо мне очень хороший отзыв руководству театра и пригласил на свой мастер-класс во Флоренцию, куда я и отправилась при первой же возможности на две недели. Мы начали тщательно работать над моим голосом, и я очень быстро заметила серьёзный прогресс. Я стала регулярно летать на уроки к Паоло. Как-то в Таллине он собрал своих лучших учеников и организовал концерт, на который пригласил и меня, чтобы я спела большую программу. Я с радостью приняла его приглашение, так как всегда стараюсь использовать любую возможность попрактиковаться и выступить на сцене — и это был фантастический опыт!

Нас учили и учат отдавать творческому процессу всё внимание, все силы — быть сосредоточенными на технике, думать об образе, стараться проникнуть в мысли композитора,
понять, что он имел в виду и передать слушателям
правильное эмоциональное состояние и верный
смысл. Так что новосибирские
вокалисты — это штучный товар

А в этом году я попала к Стефано Джибеллато — коучу из Венецианского театра «Ла Фениче». С ним прицельно работали над партией Турандот из одноимённой оперы Дж. Пуччини. Благодаря работе с итальянскими профессионалами меня постепенно начала узнавать и итальянская публика — этим летом я приняла участие в двух концертах в Милане. Но, что интересно, в этом году моя международная программа завершилась вовсе не в Европе, а в Восточной Азии — мне посчастливилось выступить в Концертном зале Центра искусств в городе Чонгжу, в Южной Корее.

Помимо спектаклей и концертов, скажем так, традиционных, вы активно откликаетесь на программы с барочной музыкой — например, недавно был реализован проект «Полет барокко» с ансамблем медных духовых инструментов «Сибирский брасс» Новосибирской филармонии. Почему вам близок этот формат?

Обожаю старинную музыку! Одно время заслушивалась Генделем, Бахом, Монтеверди, Пёрселлом… Всегда с радостью соглашаюсь исполнить произведения из барочного репертуара — это божественная музыка! В оперном театре есть ансамбль «Музыка для нас», и мы часто делаем концерты с программой старинных композиторов. Свободных мест на таких мероприятиях нет, и это очень радует! На мой взгляд, такая музыка должна звучать как можно чаще, ведь она исцеляет души, и ею невозможно не проникнуться! Я благодарна своим педагогам, у которых училась и продолжаю учиться, за то, что сегодня мне хватает исполнительского мастерства исполнять самые редкие, сложные произведения так, будто мелодия сама льётся из самого моего сердца.

Вечный полёт к богу
Ирина Новикова в роли Лизы в опере «Пиковая дама. Игра» (режиссер-постановщик Вячеслав Стародубцев, музыкальный руководитель и дирижер Дмитрий Юровский)

Последние успехи сибиряков на различных конкурсах говорят о «сибирской волне». В чем причина такого взлёта?

В культуре пения. В высоких исполнительских традициях. В педагогах. Нас учили и учат отдавать творческому процессу всё внимание, все силы — быть сосредоточенными на технике, думать об образе, стараться проникнуть в мысли композитора, понять, что он имел в виду и передать слушателям правильное эмоциональное состояние и верный смысл. Так что новосибирские вокалисты — это штучный товар (улыбается).

Что бы вы хотели ещё спеть? Три роли.

Леди Макбет, Турандот и что-то из немецкой оперы, например, Вагнера.

В советское время любая опера пелась на русском языке — так приучали к великому жанру. Сейчас опера исполняется только на языке оригинала. Как вы думаете, стоит возвращаться к русским переводам или нет?

Я за язык оригинала: композиторы всегда использовали при написании опер речевые интонации, которые в другом языке могут потеряться. Конечно, для зрителя в театре проще, когда поют на русском, хотя иногда и на родном языке не все слова отчётливо понятны, а петь на языке оригинала всегда легче. Да и есть международный стандарт исполнения, его надо соблюдать.

Спасибо вам за интервью, будем рады услышать вас в новых оперных партиях на Большой сцене НОВАТа.

Рейтинг статьи
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
СultVitamin
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.