Мария Пустовит. Сам ты Гендель. Продолжение

Книги
Бетховен

Мария Пустовит. Сам ты Гендель. Продолжение

Как-то раз Бетховен решил умереть. Но не умер.Вернее, – умер, конечно. Через тридцать лет. Сейчас бы ему сказали – слушай, ну это не дело. Давай сходи к психотерапевту. Но, во-первых, тогда с психотерапевтами была напряжёнка, а во-вторых, даже если бы он и пошёл, психотерапевт сразу бы спросил – какие у Вас, Людвиг, отношения с родителями? А отношения с родителями у Людвига были так себе – мама у него умерла, а папа всё детство делал из него вундеркинда – с папой Моцарта соревновался.Это была изначально провальная затея – Моцарт был умница и солнышко, гастролировал и улыбался. Он был совсем другого формата ребенок. А Бетховен был хмурый и лохматый, и на папу огрызался. А папа его бил. Короче, психотерапевт бы наверное просто разбогател на этом деле.Но психотерапевта у Бетховена не было.Поэтому, как человек европейский и культурный, он решил написать завещание – нельзя ж умирать без завещания.И как это часто бывает – когда он изложил свои проблемы в письменном виде, ему как-то полегчало.Ситуация у Бетховена была, прямо скажем, не айс. Шестой год он боролся с глухотой, старался не падать духом,но как тут не падать? Он лечился – и всё мимо. Скрывал – его принимали за сумасшедшего.

На личном фронте тоже была засада – Джульетта (да, её звали Джульетта) – ушла, причём так пакостно ушла, как не все и умеют. ‘‘Я люблю тебя, ты гений, но ты уже признан, я нужнее другому… ‘‘Что надо с такой барышней сделать? Правильно, надо ей посвятить Лунную сонату. Издатели и друзья будто сговорились – что-то, Вы, Людвиг ,непонятно писать стали. Слушать трудно, публика скучает. Толи дело раньше. И денег платить стали меньше. Бетховен как раз находился на переходе к своему зрелому творчеству. Но это уже сейчас, через двести лет, все знают. А Бетховен тогда был не в курсе, что он на переходе, а просто грустно ему было и тревожно, почему его вдруг перестали понимать .И вот он сидел – одинокий, глухой, непонятый и без денег. А умирать всё-таки передумал. И как хорошо, что он передумал, правда? Послушайте семнадцатую сонату – вот как раз на ней он и передумал. Если бы Бетховен не передумал, мы б остались без Авроры. И без Аппассионаты. И без трёх последних сонат. И без Хаммерклавира. Хотя кого я обманываю – Хаммерклавир мне не жалко. Лист и Черни остались бы без Учителя. Евросоюз – без гимна. Половина струнников – без работы. И миллионы бы не обнимались. И никто бы так и не узнал, как судьба стучится в дверь. Ужас, да?

Поэтому мы теперь можем радоваться с утра до вечера. Что Бетховен всё-таки передумал.

Продолжение следует…

Мария Пустовит
Мария Пустовит
Оцените автора
( 4 оценки, среднее 4.75 из 5 )
СultVitamin
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

  1. Аватар
    Илья

    Вы серьёзно так пишете о великом Бетховене? (простите, других Ваших «опусов» не читала и теперь даже желания нет). Такой сленг неприемлемо использовать при рассказе о личности такого масштаба.
    И да, Бетховен, к Вашему сведению, никакую «Лунную сонату» не писал.

    Ответить
    1. Аватар
      Мария Пустовит

      Нет, это как раз Вы серьезно отвечаете 😁 прав бы Чехов, ‘нет чувства юмора — пиши пропало’…

      Ответить