В новом сезоне НОВАТ продолжит цикл концертов, вызвавших большой интерес у публики. В своей авторской рубрике музыкальный руководитель ‒ главный дирижер НОВАТа Михаил Татарников рассказывает о новых программах на Большой и Малой сценах театра.
Михаил Петрович, совсем недавно мы волновались о том, приживется ли жанр симфонических концертов на Большой сцене. Однако первый концерт прошел с большим успехом, затем – второй, а сейчас в афише заявлен и третий. Многие для себя открыли симфонический концерт как форму, которая достойна самого высокого зала, самого высокой аудитории. Вы удовлетворены тем, как у вас прошли первые концерты?
Конечно, я очень удовлетворен и благодарен публике, которая приняла наши программы с таким интересом, живо и адекватно откликнулась на качество исполнения. Всем понравилось. Я очень доволен оркестром, нашими музыкантами, у которых действительно очень высокий уровень исполнения. «Картинки с выставки» ‒ наш первый концерт, честно признаюсь, был все-таки ожидаемо успешным благодаря программе. Мусоргский часто исполняется, он на слуху. Но успех был ожидаемым прежде всего для меня. Для оркестра же все было сложнее, потому что хорошо исполнить любое произведение ‒ нелегкая задача. У меня не было сомнений, что музыканты справятся на достойном уровне, но все-таки с Пятой симфонией Малера мы, конечно, рисковали, но опять же, я верил в оркестр. И тут, скрывать не буду, было невероятно тяжело, потому что оркестр театра никогда не играл симфонии Малера, лишь одну из песен композитора. Сразу взять одну из самых сложных симфоний и сыграть на высоком уровне – это огромное достижение. Признаюсь, я горжусь нашими музыкантами. Не будем забывать, что Пятую симфонию Малера часто исполняют как одно произведение в программе. Мы же еще в первом отделении исполнили концерт Брамса. А это другой стиль, другая философия. Так что это был такой большой вызов для нас.
Ранее вы говорили, что одного симфонического концерта в полгода, то есть двух в сезон, будет достаточно. Начинается новый сезон, заявлен новый концерт и вновь вы не даете слушателю расслабиться, предлагаете интересную, но довольно сложную программу. Вы обращаетесь к творчеству одного из самых сложных композиторов – Арнольда Шёнберга, хотя берете одно из его ранних произведений, наиболее мелодичное и понятное слушателю, а еще планируете сыграть произведения Равеля и Стравинского, композиторов, творивших практически в одно время. Расскажите о новой программе.
В первую очередь программа разнообразна. Несмотря на то, что, как вы верно отметили, это практически современники. Во временной отрезок менее двадцати лет написаны все эти произведения. «Просветленная ночь» Шёнберга ‒ его первое значительное произведение, поздний романтизм. Потом мы исполним два произведения, которые связывает имя Сергея Дягилева: балет «Жар-птица» Стравинского и La valse Равеля, который я очень люблю. Яркий, нередко исполняемый и всегда восторженно принимаемый слушателями, хит, говоря по-простому. «Просветленная ночь» менее известна, она более концептуальна. Я бы порекомендовал слушателям познакомиться с небольшим стихотворением Рихарда Демеля, под впечатлением от которого, собственно, Шёнберг написал свое произведение. Более того, Шёнберг указывал позднее на моменты, прямо связанные со строчками из этого стихотворения. Стихотворение очень проникновенное, очень серьезное, трогательное и возвышенное. Музыка, конечно, сама по себе понятна и прекрасна, но если прочитать это стихотворение, впечатление будет намного сильнее.
Очень часто то, что вы исполняете, у вас перекликается с чем-то личным. Новая программа, вероятно, тоже навеяна недавним замечательным событием? Тут я открою читателям тайну: у вас с Ольгой Волковой родилась дочь – Александра Михайловна, с чем я вас искренне поздравляю.
Спасибо! Да, конечно, это сильные чувства… В стихотворении есть главная фраза, что тепло, которое дарит любящий человек, распространяется на предмет его любви, и на все то, что окружает предмет любви. Вот это тепло мы с Ольгой и передадим слушателям. Немножко добавлю про Шёнберга. «Просветленная ночь» была написана для секстета. Но при этом композитор вкладывал в камерную музыку нечто новое. Это вообще уникальный момент. Слышно новейшее открытие симфонизма того времени, уже поздний Брамс, где-то – Рихард Вагнер. Это удивительно, интересно. Кроме того, про Шёнберга я должен отметить: это произведение сложно тем, что помимо всего мастерства исполнителей, помимо дирижирования, выучки – там много и сольных партий у разных инструментов, – каждый музыкант должен поймать какое-то вдохновение. Без него ничего не получится. Многие произведения можно просто выучить и они будут жить вполне самостоятельно, они прозвучат. В случае с Шёнбегом так не получится, нужно уловить эмоции, в этом сверхзадача как исполнителя, так и моя как дирижера.
Вы Шёнберга хотите исполнять в первом отделении?
Да, в первом, с него будем начинать. Заканчивать первое отделение будем La valse, «Жар-птица» Стравинского ‒ во втором. Тут тоже очень интересно. Мы будем исполнять одну из версий балета. Композитор довольно часто переоркестровывал свои балеты, потому что он писал для очень больших составов оркестра. Потом он многократно что-то переделывал, желая улучшить. Многие театры просто не имели возможности исполнять его работы, у них не было таких составов оркестра, и Стравинский переоркестровывал сочинения для меньшего состава, чтобы музыкантам было удобно их исполнять.
Расскажите немного о вальсе, он же необычный.
Я его хорошо знаю, много раз его дирижировал. Это произведение написано спустя двадцать лет после Шёнберга. У Равеля был и «Благородный вальс», и «Сентиментальный вальс», он очень любил этот жанр. La valse написан для труппы Дягилева. Равель трактовал традиции великого Иоганна Штрауса и был его преданным поклонником, он даже хотел вальс назвать «Вена». Сама эта история очень кинематографична. В музыке всё ясно прочитывается: всё начинается как бы в дымке, которая потом рассеивается и возникает бальный зал, по одной появляются вальсирующие пары. Двадцатые годы двадцатого века, уже такая промышленная история, уже переполох в мире, уже Первая мировая закончилась, уже призрак коммунизма по Европе бродит. И вот у него ностальгия по тому времени, по яркости имперской культуры. Вена, Будапешт – это же всё Австро-Венгрия, империя, которая разрушилась к тому времени. Мы не берем политическую историю, мы ностальгируем по времени, в котором создавались великие произведения.
Одним из слагаемых успеха предыдущих концертов было участие Ольги Волковой. И, конечно, новосибирская публика высоко оценила сольный концерт скрипачки, сопутствовавший первой программе. Безусловно, ее второй сольный концерт сибирские меломаны ждут с нетерпением. В первом вашем совместном концерте в НОВАТе Ольга была сольным музыкантом и концертмейстером оркестра, во втором ‒ концертмейстером, а на этот раз в чем участие Ольги в симфонической программе?
Знаете, один человек может изменить звучание оркестра. Ольга будет концертмейстером. В «Жар-птице», но особенно в Шёнберге, огромное количество сольных сцен, плюс Ольга замечательно занимается со струнной группой. Сольный концерт будет третьего ноября.
Что мы в нем услышим?
«Времена года» Вивальди, обещанные ранее. И «Времена года» Астора Пьяццоллы в переложении Леонида Десятникова, с камерным составом. Эта работа нередко исполняется без дирижера, ведет сольный скрипач. Вот так и будет исполнять Ольга. Конечно, какой-то элемент дирижирования будет присутствовать.
