Екатерина Стриженова: «Когда человек делает что-то новаторское, ему редко дует в паруса попутный ветер»

Екатерина Стриженова: "Когда человек делает что-то новаторское, ему редко дует в паруса попутный ветер" Культ. Публикации
Важным является и то, что многие после «Над Не» берут в руки пьесу Горького, чтобы перечитать уже не по-школьному. И перечитывают стихи Есенина после спектакля «Женщины Есенина». Так что, я считаю, это миссия

Актриса Екатерина Стриженова ‒ одна из наиболее ярких и умных женщин нашего театрального сообщества. Она вдумчиво анализирует информацию, ее выводы всегда обоснованы, в ее суждениях современный взгляд уживается с традицией. Она искренне патриотична, в то же время совершенно лишена того турбопатриотизма, который наш президент назвал квасным.

Я не удивился, что именно она в первые месяцы СВО беседовала в телевизионной студии Первого канала с Юрием Подолякой, на тот момент еще малоизвестным блогером, которого недавно приглашали на встречу с президентом, а затем ‒ с новым министром обороны Белоусовым.

Уже несколько лет Екатерина активно сотрудничает с МХАТом Горького, занята в двух из трех спектаклей режиссера Галины Полищук. Эти постановки вновь вернули интерес к академическому театру, впечатлили многих ценителей, привлекли множество новых зрителей в Москве и в других городах страны, но и вызвали острое болезненное осуждение так называемых наследников. Я всегда задавался вопросом: «Какая пелена застит глаза и ум ревнителей старого?» Сознательно ухожу от слова “традиции”: оно совсем о другом. Как можно требовать вернуть в первоначальном виде то, что было когда-то давно? Оно отжило, ушло.

Театр ‒ достаточно дорогостоящий механизм. Конечно, государство обязалось финансировать такие театры, но при этом не надо садиться государству на шею, работая на полупустой зал. Все такие разговоры, выражаясь языком блестящего полемиста Владимира Ленина, ‒ безответственная болтовня.

Татьяна Доронина ‒ великая актриса и государственный человек. В 1987 году, в сложный период для театра и всего нашего государства, она взяла в руки МХАТ Горького, смогла сохранить труппу и возвести театр в ранг великих. Она создала бренд. Задача нового поколения ‒ не только поддерживать качественный уровень этого бренда, сохраняя и освежая его классические постановки, но и развивать, создавая новые. Однако новые не должны быть калькой старых.

О последней премьере МХАТа Горького ‒ адаптации Галиной Полищук пьесы Горького «Над Не», о непростых процессах, происходящих в современном театре, на фоне продолжающегося ремонта мы поговорили с Екатериной Стриженовой.

Екатерина, вы заняты в двух из трех спектаклей, поставленных Галиной Полищук на сцене МХАТА Горького в тандеме с драматургом Еленой Исаевой. Один из них ‒ «Женщины Есенина» ‒ имеет стопроцентный зрительский успех и, наверное, лишь в администрации театра могут сказать, сколько раз он был показан со дня премьеры, состоявшейся в декабре 2021 года. И вот теперь, похоже, этот успех готов повторить поставленный Полищук спектакль «Над Не», идеально вписанный в пространство сцены МХАТа, которая сложна для драматического театра, огромна и неуютна, на ней сложно оценить нюансы игры и мельчайше детали постановки, она требует необычных решений и нетривиального режиссерского видения.

Екатерина Стриженова: "Когда человек делает что-то новаторское, ему редко дует в паруса попутный ветер"
катерина Стриженова и Максим Дахненко сцена из спектакля «Женщины Есенина». Режиссер Галина Полищук.

После ремонта зрительской зоны это пространство стало очень уютным, и зрители отмечают это. Они говорят, что, когда приходишь в театр, помимо того, что ты в предвкушении спектакля, ты уже попадаешь в атмосферу красоты и уюта. И, конечно, все сделанное за эти три года, ‒ это потрясающе. Повторюсь, все это отмечают. МХАТ стал одним из лучших театров Москвы. Сцена, безусловно, одна из самых больших. По-моему, подобная еще в Театре Российской армии, где я тоже играю главную роль в спектакле Д. Астрахана «Леди на день». Безусловно, сцена МХАТа на Тверском бульваре сложна и для постановщика, и для артистов. Когда ты играешь в небольшом зале, близко к зрителю, рассказываешь историю, глядя в глаза, ‒ это одно, я сама обожаю ходить в камерные театры. А когда действие происходит на такой огромной площадке, всё по-другому. Пока мы репетировали «Женщин Есенина» в малом зале, все говорили: «Как жалко, что зритель не увидит всех нюансов». Все крупные планы, в каждой сцене любовь, неистовство ‒ всё было выпукло. Перед выходом на большую сцену Галина Полищук нас предупредила, что последнюю неделю перед премьерой не будет заниматься актерами. Следующий этап ‒ это сцена, свет, звук. То, что Галя видела своим внутренним режиссерским зрением, мы даже не представляли. Каждая мизансцена ожила в новом пространстве. Донести все нюансы до зрителя на мхатовской огромной сцене, конечно, ‒ высший пилотаж. И «Над Не» отличается тем, что в нем работает каждый уголок сцены. Кабинеты клиник, раздевалка, танцевальный зал, душевые, реанимационная, больничные коридоры. Спектакль сделан так, как будто зритель подглядывает за всем, что происходит в больнице.

Эта сцена настолько специфична, что вкушать привычные, годами наработанные театральные изыски, там практически невозможно. Я понимал, что Галина сделает все, чтобы использовать все пространство самой сцены, «по» и «над» ней.

Если говорят, что каждому артисту важно найти своего режиссера, то как же это важно для всего театрального организма в целом. Надеюсь, МХАТ нашел такого режиссера – Галину Полищук. И вот в этом тандеме на классической сцене рождаются такие современные спектакли. Яркий, порой парадоксальный разбор драматургии у Галины подкреплен свежим новаторским постановочным инструментарием, позволяющим добиться отклика от современного молодого зрителя, живущего на других скоростях, привыкшего к быстрому восприятию информации калейдоскопа эмоций. Удается загрузить его эмоционально и интеллектуально. В чем уникальность Галины? Здорово, когда даже по окончании первого акта возникает ощущение: «Как? Уже закончилось? Хочу ещё!» И люди вытирают слезы. На таком пространстве добиться такого воздействия ‒ это высший уровень профессионализма. Это говорили еще “мхатовские старики”. Когда мне поступило предложение участвовать в спектакле по мотивам пьесы Горького «Над Не», я была в раздумье. В классической постановке про ночлежку начала прошлого века точно не согласилась бы. Галина рассказала свое видение, концепцию, пообещала: это будет совершенно другая Стриженова. Будет роль, противоположная роли матери Есенина». И я просто доверилась.

Мой муж с детства выходил на сцену МХАТа, здесь работали его родители. И это такое невероятное возвращение. Ему понравились «Женщины Есенина», он сказал, что это великолепный спектакль, отличная команда и прекрасный режиссер. Поэтому, когда Галина предложила Саше работать в спектакле «Над Не», – причем она предложила ему роли на выбор (и Костылева, и Сатина, которого играл Станиславский) – он согласился на роль Михаила Костылева, чтобы выступить вот в таком тандеме со мной. В том, что Галя нас связала, есть особый смысл (по ходу пьесы героиня Екатерины изменяет мужу, которого играет Александр). Зрители говорят: «Мы сидим в ужасе оттого, что сейчас войдет Стриженов и вас застанет». То есть она взяла нашу семейную историю и вывернула наизнанку. Короче, использовала нас по полной программе (смеется). В постановке Полищук, мне кажется, отношений даже больше, чем у Горького. И смыслы не потеряны, и горьковский аутентичный текст звучит современно. Я понимаю, когда наши зрители смотрят и говорят: «Мы хотим туда, в клинику, к Стриженову». Потому что это такое обаятельное зло получилось. А за пределами клиники ты оказываешься один на один с жизнью. И тебе надо самостоятельно принимать решения. Никто тебя за руку водить не будет. А здесь можно спрятаться. У всех мотивы разные: кто-то косит от армии, кто-то прячется от обвинения в убийстве, кто-то ‒ проворовавшийся политик с манией преследования. Все диагнозы и характеры, знакомые нам с вами. Я думаю, это очень современная на сегодняшний день постановка, очень своевременная. Как долго она будет в репертуаре — время покажет. У каждого спектакля, как и у каждого артиста, своя судьба !

В то же время не все так это воспринимают. Последние годы театр ничего глобального не создал, не каждому даются такие пространства. Галина Полищук уже была приглашенным режиссером, и Владимир Кехман ее оставил, предложил поставить еще спектакль, потом еще и, более того, назначил главным режиссером. Возник тандем. Но этот тандем подвергается несправедливой и порой грязной критике со стороны лиц, которые наделили себя правом блюсти традиции. Наделили себя правом решать, что в традиции, а что не в традиции МХАТа. Человека ‒ я имею в виду Галину Полищук ‒ называть «натовкой», только потому, что она русская, живущая в Риге? Простите, но она имеет в себе мужество объективно оценивать то, что происходит сейчас в Европе, давать этому негативные оценки в СМИ, а не катиться на волне турбопатриотизма. Тогда я хочу понять, что такое русский мир? Или у нас русский мир для одних один, для других иной? То есть как хотим, так и понимаем русскую идею?

Екатерина Стриженова: "Когда человек делает что-то новаторское, ему редко дует в паруса попутный ветер"
Екатерина и Александр Стриженовы. Сцена из спектакля «Над Не». Режиссер Галина Полищук.

Да. Такой вопрос есть. Вместо того, чтобы беречь талантливых профессионалов, сотрудничать, учиться новому, находятся некоторые «товарищи», которые целенаправленно уничтожают ценные кадры!

Люди, живущие воспоминаниями о том, как это было раньше, считают, что все должно оставаться “как было”. А на мой взгляд, нынешняя политика театра правильная. Есть спектакли классические. Пожалуйста, приходите на «Три сестры», на «Отцы и дети», на «Вассу Железнову». Это спектакли как раз для зрителя, который привык к традиционному русскому драматическому театру. Но теперь здесь же, в этом же театре на Тверском, полные залы на современных спектаклях: «Над Не» по мотивам Горького, «Женщины Есенина» по Прилепину, свои ценители и у «Нежданно-негаданно» по Распутину.

Все это прекрасно соседствует во мхатовском репертуаре. И пришли новые зрители. И их много. Появилась молодежь, которой давно не было. И они приходят по нескольку раз на один и тот же спектакль. Например, на «Женщин Есенина» у нас целое паломничество: люди возвращаются, чтобы привести друзей, родителей, пересмотреть и понять что-то новое. На днях я была в Театре Моссовета и билетёрша мне говорит: «Спасибо вам за “Над Не”, уже два раза была». Это свежее дыхание, и оно не вопреки и не наперекор мхатовским традициям. Говорить о том, что раньше трава была зеленее, ‒ это контрпродуктивно. Писать в соцсетях о спектакле, который еще не вышел на зрителя, что он ужасен, ‒ как можно к этому серьезно относиться? Если и зрители, и критики считают постановки Полищук многоплановыми и удачными. Важным является и то, что многие после «Над Не» берут в руки пьесу Горького, чтобы перечитать уже не по-школьному. И перечитывают стихи Есенина после спектакля «Женщины Есенина». Так что, я считаю, это миссия.

Возьмите любого большого режиссера, любого большого художника: когда человек делает что-то новое, попутный ветер ему редко дует. Всегда найдутся те, кто будет вставлять палки в колеса.

У Владимира Кехмана прекрасно отработана обратная связь со зрителем. Во МХАТе если вдруг кто-то ушел со спектакля, у него обязательно спрашивают: «Почему, что не так?» Опрашивают зрителей, которые стоя аплодировали. Мы знаем настроение зрителей. Хотя, говорят, чем больше ругают, тем больше смотрят (смеётся). «Женщины Есенина» ‒ про любовь к родине, сам Есенин – один из самых любимых русских поэтов. А огульно обвинять режиссера и навешивать ярлыки – это вообще вопреки политике сегодняшнего дня. У меня это вызывает ужасный протест. Это вредительство, потому что люди, которые так делают, идут вопреки нашему менталитету. Потому что мы – многонациональная страна. Мы должны поддерживать друг друга, мы должны русских поддерживать по всему миру. Тех, кто позволяет себе использовать понятие “натовка” по отношению к Полищук, надо просто наказывать, как разрушителей общества. Я говорю: «Покажите мне этих анонимов, назовите их поименно». Потому что обычно прикрываются общественностью: «Вот мы от имени общественности».

Но есть и группа актеров, которые не приняли новый стиль новый ритм МХАТа? Меня, кстати, это не удивляет.

Главный режиссер МХАТа имени Горького Галина Полищук делает ставку на молодежь, работает на перспективу. Она растит актеров от спектакля к спектаклю. У нее особая техника, особый подход к репетиционному процессу. Из труппы было отобрано на каждую роль по несколько составов. Но кто-то из старой гвардии не смог работать в таком режиме. Поэтому в результате до премьеры дошли не все. А молодежь растет.

Если посмотреть статистку спектаклей, даже в условиях ремонта, работы у театра более чем достаточно как в Москве, Питере, так и по всей стране, куда бы мы не приезжали с гастролями. Сегодня мы беседуем с вами в Новосибирске, а дальше МХАТ имени Горького отправится в Красноярск, нас там очень ждут: билеты уже все раскуплены.

Екатерина Стриженова: "Когда человек делает что-то новаторское, ему редко дует в паруса попутный ветер"

Большое спасибо за откровенный и содержательный разговор.

Фотографии из архива Е. Стриженовой и архива театра МХАТ Горького

Хотите знать о новых публикациях на сайте?

Предлагаем оформить подписку! Обещаем никогда не спамить. Взгляните на нашу политику конфиденциальности.


Поделиться в соц.сетях
Александр Савин
СultVitamin
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.