Антон Сушляков: «НСМШ стала для меня вторым домом»

Антон Сушляков: "НСМШ стала для меня вторым домом" Культ.Интервью
Новосибирский пианист Антон Сушляков стал обладателем золотой медали XXI молодежных Дельфийских игр России

С 22 по 27 апреля 2022 года в Красноярске состоялись очередные творческие состязания для молодёжи — Дельфийские игры. В этом году одарённые ребята нашего региона завоевали десять золотых, 12 серебряных и семь бронзовых медалей, а также 23 специальных диплома. Новосибирская область вошла в тройку победителей по количеству полученных наград. Одним из золотых призёров стал Антон Сушляков — выпускник Новосибирской специальной музыкальной школы и Новосибирской государственной консерватории имени М.И. Глинки (класс заслуженного деятеля искусств РФ, профессора Мери Лебензон).

Музыкант продолжает обучение в магистратуре консерватории в классе доцента Елены Нестеренко. Антон является также лауреатом многочисленных международных и всероссийских конкурсов, среди которых VIII Международный конкурс имени А.Г. Рубинштейна (Санкт-Петербург, лауреат I степени), VIII Международный конкурс юных пианистов имени С.В. Рахманинова (Великий Новгород, лауреат II степени).

Кореспондент CultVitamin.ru встретился с музыкантом, чтобы узнать о его впечатлениях об участии в Дельфийских играх и его пути к успеху — золотой медали.

Антон, буквально несколько дней назад завершились «Дельфийские игры». Какие у тебя остались впечатления?   

– Как жаль, что они завершились! Дельфийские игры – это масштабный и, что самое главное, разносторонний конкурс – своего рода творческая молодежная Олимпиада. Здесь ты встречаешь не только знакомые с детства музыканту «номинации», но и, например, «Художественное чтение», «Современная хореография», «Цирковое искусство», «Тележурналистика» и многие другие. Невозможно представить, что участие приняли более 2700 человек! Невероятные цифры. Уникальная возможность увидеть стольких талантливых молодых людей.

Также хочу поздравить жителей Новосибирской области с присуждением Второго места в командном первенстве и поблагодарить за заботу, чуткое внимание и поддержку Татьяну Юрьевну Дорожкову!

Удалось с кем-нибудь из участников познакомиться?

– Дни были безумно насыщенными – многочасовые занятия, репетиции, конкурсные выступления, которые проходили три дня подряд без перерыва. Общаться успевали только «со своими». От консерватории в номинации «Фортепиано» также принимала участие Валерия Мугатасимова (класс профессора Ларисы Владимировны Смешко). Позже к нам присоединился гость конкурса, обладатель золотой и серебряной медалей «Дельфийских игр» Герман Уколов – выпускник класса Мери Симховны Лебензон, моего первого преподавателя по специальности в консерватории.

– С чего начался твой путь в музыкальный мир?

– В четыре года мама привела меня в театрально-музыкальную студию «Звездочка» при Детской музыкальной школе № 18 (далее – ДМШ) в городе Юрге Кемеровской области. Моим первым педагогом была Елена Ивановна Новокрещенова, которая «выцепила» меня из студии и серьезно взялась за мое обучение уже непосредственно в ДМШ № 18.

Ты помнишь свои первые впечатления? Инструмент сразу же начал «поддаваться»?

– Признаться честно, не очень. Одно скажу, я был вовлечен в процесс. Были подобраны специальные методические «фишки», способствующие легкому освоению, привлечению внимания – игра в ассоциации с животными, красочные карточки, которые клались на клавиатуру в разных регистрах, разучивание простых пьес из самых известных и хрестоматийных сборников…

Нравилось ли тебе самостоятельно заниматься?

Антон Сушляков: "НСМШ стала для меня вторым домом"
Антон Сушляков

– Думаю, как и любому другом ребенку, мне хотелось погулять, поиграть, либо просто полениться. Но окружающие меня взрослые люди умели найти общий язык, скажем так, убедить и направить детскую энергию в нужное русло.

Помнишь одно из первых разученных тобою произведений, к которому ты по сей день относишься с трепетом, любовью?

– Возьмем период чуть постарше – это «Шествие гномов» Эдварда Грига и ми минорный Музыкальный момент Сергея Рахманинова. Интересно, что в десять лет я не считал эти произведения технически сложными. Относился к ним с детской наивностью. Сейчас, конечно, понимаю, что помимо задачи «просто сыграть», которой я руководствовался, есть еще и образная составляющая, чувственная, безусловно, усложняющие исполнение. Возьмем в качестве примера запись Николая Луганского, в которой сложилось абсолютно все – безупречное исполнение, чистое, пронзительное звучание рояля, особый звук «ре» в кульминации, который не дает мне покоя уже долгие годы. Для меня всегда был и есть необъяснимый факт, связанный со стереотипным мнением о «детскости», несерьезности произведения, мол, его должны исполнять в ДМШ или колледже. Допустим, Ноктюрн № 20 Фредерика Шопена или ре минорный Этюд-картина из 33 опуса Сергея Васильевича… Мне кажется, что в детстве, скорее, произведения становятся просто «заученными», в них слышна интерпретация лишь педагога. Отсутствие необходимого жизненного опыта препятствует осмыслению, самобытности исполнения, воплощению личной идеи.

Как складывалась твоя судьба после музыкальной школы?

– Выбор был сделан моим педагогом и мамой. В возрасте четырнадцати лет я поступил в Новосибирскую специальную музыкальную школу (далее – НСМШ) в класс талантливого педагога Яны Михайловны Турич.

С точки зрения пианизма многое изменилось?

– Безусловно, Елена Ивановна мне дала хорошую школу, возможность активной концертной, конкурсной практики, способствующей безболезненному вхождению в ритм спецшколы. Попав в НСМШ к Яне Михайловне, были сделаны коррективы, связанные в первую очередь с игровым аппаратом. Это дало мне возможность, если можно так выразиться, беспрепятственно браться за более сложные музыкальные полотна. Главной и любимой фигурой того времени для меня выступил Ференц Лист, Первый концерт которого мне посчастливилось исполнить с юношеским оркестром под управлением Владислава Яновича Янковского. Невероятный опыт работы с, несмотря на возраст, по-настоящему талантливыми музыкантами.

Хочу также сказать, что НСМШ стала для меня вторым домом, в котором я рос четыре года, нашел хороших друзей, единомышленников, с которыми мы по сей день поддерживаем связь. С особой благодарностью я вспоминаю Александра Тихоновича Марченко – Человека с большой буквы, с любовью относящегося к каждому учащемуся школы.   

Кого бы ты мог выделить из пианистов, исполняющих Листа?

– Если говорить о Трансцендентных этюдах, то, безусловно, Борис Березовский, а именно запись 2002 года, сделанная во Франции, также ориентируюсь на исполнения Лазаря Бермана. Владимир Овчинников поражает безукоризненным качеством исполнения – чисто, при этом выполняя все требования, указанные в нотном тексте. Не так давно в моей программе была Соната си-минор и, пожалуй, лучшим для меня стало исполнение канадского пианиста Андре Лапланте. Есть еще уникальная Live-запись Шестого этюда по Паганини в исполнении Александра Лубянцева.

В программе Дельфийских игр произведение любимого композитора прозвучало?

– Да, в первом туре был исполнен Десятый Трансцендентный этюд, к слову, звучавший на конкурсе трижды.

– Волнительно осознавать, что конкурсные программы пересекаются?

– Скорее нет. Скажем так, есть стимул подольше посидеть над произведением, углубленно позаниматься над «убедительность» исполнения. Был случай в практике, также в Красноярске, на конкурсе «Надежда», когда я и мой коллега исполняли «Мефисто-вальс» № 1. Несмотря на то, что в нотном тексте лирический раздел написан в чуть менее медленном темпе от основного, интерпретация конкурента показалась жюри более убедительной. Мы говорим об абсолютно субъективных вещах – предугадать результат сложно, даже в какой-то степени невозможно.

Выбор программы на Дельфийские игры импонировал? Получилось осуществить задуманное?

– Отвечая на второй вопрос, нет, к сожалению, далеко не все было осуществимо. Вопрос, связанный с выбором программы – неоднозначен. Дело в том, что мы обязаны придерживаться конкурсным требованиям, далеко не всегда отвечающим нашим запросам. Есть также лимит выступления, который важно соблюсти. Скажу так, большей частью программы я доволен, например, особенно близки мне Шостакович и Рахманинов.

Как я понимаю, Соната № 2 Рахманинова стала для тебя в каком-то смысле роковой?

– Да, дважды пытался ее исполнить – на Дельфийских играх в Ростове-на-Дону и в Челябинске на конкурсе пианистов имени Станислава Нейгауза. Так сложилось, что соната не пригождалась – не удалось пройти все три тура. Бог любит троицу!

В некотором смысле было бы неплохо внести изменения в структуру конкурсных прослушиваний. Допустим, как у спортсменов, в частности, фигуристов. Есть возможность проявить себя в двух программах – короткой и произвольной. Мы много раз наблюдали, как все радикально менялось после неудачного выступления в первый день, а во второй – человек поднимался на пьедестал.

– Если даже и не менять систему, то, как мне кажется, необходимо точно следовать правилу – не должно быть участников от членов жюри. Важно также вести прямую трансляцию, хоть и не всегда она «спасает». Да и вообще, есть негласное разграничение на, условно, «московских» и «немосковских» – это, к сожалению, расстраивает. 

Разделяешь ли ты для себя конкурсное прослушивание и концертное исполнение?

– Я придерживаюсь мнения, что на конкурсе важно абстрагироваться от атмосферы судейства, быть вовлеченным в процесс исполнения, думать в первую очередь о произведении и, конечно же, слушателях.

Антон Сушляков: "НСМШ стала для меня вторым домом"
Антон Сушляков

А что ближе?

– Конкурс, скорее, «подстегивает», заряжает особой энергией. Хоть ты и не думаешь о результате, но подсознание невозможно обмануть. Избавиться от навязчивых мыслей крайне сложно, но с возрастом эта проблема в большей степени решаема. Особых предпочтений нет, но, если будет выбор, то я склонен к участию в конкурсе – другой город, новый зал, инструмент, знакомство с единомышленниками. Показав свой максимум, понимаешь, что этого недостаточно, есть куда расти и к чему стремиться.

Это было твое последнее участие в Дельфийских играх, верно?

– К сожалению, да. Как конкурсант я уже не подхожу – возраст не позволяет. Однозначно, это один из самых счастливых и запоминающихся конкурсов в моей музыкальной практике. Хочу искренне поблагодарить и поздравить с юбилеем Красноярский академический симфонический оркестр под управлением главного дирижера Владимира Ланде. Возможность дважды исполнить финал Третьего концерта Бетховена с прекрасными музыкантами – настоящий подарок для меня!

Фото предоставлены Антоном Сушляковым

Поделиться в соц.сетях
Редакция портала
СultVitamin
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.